неділя, 5 жовтня 2014 р.

Таинство японской икэбаны

Икэбана – японское искусство аранжировки и композиции цветов, также известное как kado («путь цветов»). Ведет начало со времен распространения буддизма в Японии. В VI веке в буддийских храмах на Японских островах по обеим сторонам алтаря стали появляться необычные букеты. Огромные негнущиеся ветки, гармонирующие с величественной обстановкой храма и названные рикка (что означает «стоящие цветы»), возвышались над узорчатыми бронзовыми сосудами, которые наряду с остальным украшением храмов привозили из Китая. Кончики ветвей а также цветы устремлялись в небо, как бы взывая к богам. Этот вид искусства, зародившийся в Индии и проникший в Японию вместе с буддизмом из Китая, получил широкое распространение в этой стране и стал играть значительную роль в культурной жизни ее общества. Именно в Японии икэбана, выйдя за рамки ритуального обряда подношения символически значимых цветов Будде, а также почитаемым предкам, стала особым видом искусства, широко внедрившимся в самые различные сферы общественной жизни. Простота как знак оригинальности и единичное как знак целого – вот кредо истинных художников икэбаны. Их творения в этом смысле напоминают японские стихи хайку: их отличают те же краткость, глубина и совершенство. Искусство икэбаны в современной Японии является одним из самых популярных, оно осознается как символ национального своеобразия и как воплощение высокого художественного вкуса, признанного во всем мире. Однако японцы любое занятие доводят до профессионального совершенства, они ни в чем не выносят дилетантизма, каждый занимается своим делом как профессионал.
Обманчивые представления о легкости и общедоступности искусства икэбаны, к сожалению, нередко приводят к тому, что за пределами Японии оно становится, в сущности, псевдоискусством. На Западе икэбана рассматривается порой как легкое и приятное занятие в свободное время, тогда как в Японии это искусство продолжает оставаться объектом серьезного познания, длительного и трудоемкого обучения, освоения священного ритуального действа, поскольку для многих икэбана остается не только необходимым элементом национальной культурной традиции, но и совершенной моделью мироздания.
Растительный материал – собственно аранжировка ветвей, цветов и трав – конструируется в икэбане по строгим нормам, стилистическое своеобразие икэбаны выражено наиболее ярко тем или иным соотношением основных конструктивных элементов – «ветвей». Обычно их три, но бывает и от двух до девяти. Особенности стиля икэбаны находят воплощение и в характере геометрической фигуры, которую она образует, и в организации пространства, в абрисе пустот между основными конструктивными элементами.
Структуру икэбаны определяют ее стиль, школа и форма композиции. История искусства икэбаны открывается созданием великолепного торжественного стиля, который получил название рикка (дословно – «поставленные цветы»). Стиль же нагэирэ базируется на самом простом принципе компоновки растений, когда их небрежно, словно бы беспорядочно, ставят в вазу. Но именно в этой кажущейся непринужденности, простоте и заключена особая сложность создания художественного образа в икэбане стиля нагэирэ.
Стиль сэйка принципиально отличается от стиля нагэирэ тем, что в этом стиле сосуд не играет роли ствола или сильного стебля, а олицетворяет животворные силы матери-Земли. Далее, в отличие от стилей рикка и нагэирэ, в икэбане стиля сэйка «световая область» всегда помещается в правом или левом заднем углу композиции. Это обстоятельство предопределяет расположение трех основных конструктивных элементов: они все направлены к источнику света, подобно тому, как это бывает и в самой природе.
Для стиля морибана характерно такое расположение растений, при котором они никогда не касаются краев сосуда, а прямо поднимаются над водой. В икэбане стиля морибана сосуд играет роль корней растения, а не стебля или ствола, как это имеет место в нагэирэ или сэйка. Такой сосуд-корень позволяет выдерживать достаточно высокие растения и делать самые сложные изгибы, придавая им весьма неустойчивые положения и все же сохраняя устойчивость. Для составления композиций в стиле морибана используется кэндзан – тяжелая металлическая подставка с торчащими иглами, между которыми закрепляют ветви, крупные листья и стебли. Подобно средневековому тексту, икэбана может быть «прочитана» и на самом глубинном философско-религиозном уровне, предстать как образ идеального мира и быть воспринята как соединение нескольких символов, содержащих нравственный урок; она может быть и нежным любовным или дружеским посланием и вызывать восхищение своей красотой.
В икэбане нашли образное воплощение единство и борьба противоположностей – сил инь (тьмы) и ян (света). В искусстве икэбаны области инь и ян имеют многоплановую символику: и отвлеченно космическую, когда они выступают как силы тьмы и света, и в известном смысле эротическую, так как диалог между растениями, отнесенными к мужской или женской части композиции, осознается нередко как образ любовного свидания. Многообразию форм, которые составляют композицию икэбаны, не уступает ее цветовое богатство, которое имеет столь же глубокий символический смысл, как и геометрические фигуры и линии.
Зеленый цвет является олицетворением весны и вместе с тем символизирует восток, ибо там рождаются день и весна как начало года. Зеленый цвет ассоциируется с планетой Юпитер, имеющей таинственный голубовато-зеленый цвет. Огонь воплощает красный цвет – цвет лета, юга и планеты Марс. Белый цвет символизирует осень – время вызревания белоснежного риса, он соответствует первоэлементу металл (раскаленный добела), его связывают с западом и белесым цветом Луны и сиянием планеты Венера. Самое темное, глухое время года – зима – ассоциируется с черным цветом, с водой (с темными глубокими водами), с наименее яркой планетой Меркурий. Символика желтого (золотого) цвета связана с концом лета, олицетворяющим животворящие силы стихии, землю. Он воплощает также идею центра и ассоциируется с планетой Сатурн.
Отдельный семантический ряд в искусстве икэбаны образуют геометрические символы. Линейно графическая и объемно-пространственная структуры икэбаны – едва ли не самая главная ее часть. Важнейшей геометрической формой в икэбане является треугольник, который претворяется в ее композициях во всех вариантах. Треугольник символизирует в икэбане плодоносящие силы матери-Земли, священную гору Сумер; триаду Небо, Земля, Человек, рождение – жизнь – смерть, тело – ум – душу. Треугольник в квадрате, который выстраивается, например, в чертеже икэбаны в стиле морибана, олицетворяет божественное и человеческое, небесное и земное. Треугольник внутри круга, также связанный с графикой различных форм икэбаны, в частности в стиле хэйка, выражает идею троичности в едином.
Временное начало композиции – один из важнейших ее элементов. В ней должно быть и ощущение течения времени, и определенное время, т. е. остановленное «вечное теперь», и процесс перехода от прошлого к будущему через настоящее. Прошлое воплощают полностью распустившиеся цветы, стручки, засохшие листья, настоящее олицетворяют цветы, лишь начинающие распускаться, и свежие зеленые побеги, будущее – бутоны и набухшие почки. Времена года – основная временная парадигма: весна – энергичные изгибы ветвей; лето – пышное цветение, буйная зелень; осень – редко поставленные тонкие ветви или стебли; зима – «спящая» природа.
Символика цветов и деревьев, их сочетаний в икэбане образует сложный язык. Так, сосна и роза – это вечная молодость и долголетие, сосна и родея (омото) – молодость и вечность, сосна и пион – молодость и процветание, пион и бамбук – процветание и мир, цветы капусты (хаботан), хризантема, орхидея – радость.
Семантика икэбаны, аллегорическое и символическое значение ее элементов, как мы видим, неразрывно связаны с эстетическими качествами. Бамбук является символом долголетия, так как он вечнозеленый, и конфуцианского принципа сыновней почтительности, так как, согласно легенде, молодые побеги бамбука появились внезапно в ответ на мольбы и слезы почтительного сына, который хотел исполнить желание старой матери: ей очень хотелось похлебки из побегов молодого бамбука. Бамбук олицетворяет также мужскую волю и несгибаемость, утверждаемые этикой дзэн-буддизма: он полый внутри – этой пустоте уподоблено очищенное от эгоистичных стремлений сердце самурая, бамбук не ломается и очень прочен. Веточки бамбука, сосны и сливы часто группируют вместе, и они олицетворяют долголетие, так как все эти растения остаются зелеными и в холодную пору.
Символом Японии являются цветы хризантемы. Естественно, что эти цветы – частый мотив икэбаны: искусство составления композиций из хризантем продумано японскими мастерами с особой тщательностью. Философскопоэтические ассоциации, связанные с этим цветком, особенно многоплановы и глубоки. Хризантемы уподобляют одиноким вершинам с их чувством собственного достоинства и покоем, они словно благородные люди с их чувством долга. Такие растения уникальны – они возвышаются над пошлостью и воплощают сущность осени.
Ветка абрикосового дерева также нередко используется в икэбане, это растение выступает как символ красоты и изящества женщины: глаза японок часто сравнивают с яйцевидными зернышками абрикоса. Цветущая ветка яблони выражает пожелание мира в семье, который воцаряется благодаря добродетели жены и матери, икэбана в виде натюрморта из нескольких яблок знаменует вечное согласие. Жасмин олицетворяет сладостность наслаждения жизнью, ее полноту и терпкий аромат. Это растение используется в чайной церемонии. Белизна его цветов, совершенство каждого лепестка, сильный запах очерчивают своеобразие жасмина как знака подлинного бытия и стремления насладиться им, обрести это бытие.
Двенадцать растений, собранные в одной композиции, воплощают полноту жизни, ее ритм, олицетворяют двенадцать месяцев года: слива, персик, пион, вишня, магнолия, гранат, лотос, груша, мальва, хризантема, гортензия и мак. Четыре времени года чаще всего претворены в композициях из пионов (весна), лотосов (лето), хризантем (осень), веточек сливы (зима).
Существенно отметить, что ряд растений никогда не включается в праздничные композиции. Таковы, например, осенние листья клена, чайные листья, цветы пурпурного цвета, японская роза, пионы, нестойкие разновидности вечнозеленых растений, которыми по традиции украшают алтарь в буддийском храме. На помолвку или на свадьбу не включают в икэбану растения, в названия которых входит элемент, звучащий как «сару», ибо так же звучат слова «разлучаться», «расставаться». Например, не включают в свадебные композиции индийскую сирень (сару-субэри) и цветы повоя (сару-ториибара).
У японцев есть три важнейших понятия, связанных с эстетическим осознанием мира: ханами (любование цветами), цукими (любование луной) и юкими (любование снегом). Отличие икэбаны как объекта созерцания (ханами) от двух других объектов эстетического созерцания состоит в том, что она есть результат активной роли человека. Создатель икэбаны творит, подобно самой природе, художественную реальность. В известном смысле композиции икэбаны – это образ идеального бытия как антипода смерти. Срезая цветы, человек несет им смерть и в композиции икэбаны воскрешает их, но не для того, чтобы вернуть к прежней, земной жизни. Поэтому в икэбане не воспроизводится натуралистически картина жизни цветов на земле, а конструируется их предельно совершенная форма, которая в обыденной жизни чаще всего не выявлена.
Японские теоретики искусства икэбаны выработали семь основных параметров, по которым анализируются произведения мастеров этого искусства.
Это соотношения:
1) растений и сосуда;
2) сосуда и подставки;
3) цветов и фона;
4) цветов между собой;
5) формы цветов и формы сосуда;
6) цветовые отношения в композиции;
7) относительная позиция растений в икэбане.
Модулем конструкции икэбаны является сосуд, в котором аранжируются растения. Поэтому искусство икэбаны, его стилистические изменения и эстетика были связаны с развитием декоративноприкладного искусства, прежде всего керамического, фарфорового производства, с литьем из бронзы и изделиями из лака как в самой Японии, так в Китае и Корее.
При всей канонической строгости икэбаны в ней всегда должна сохраняться некоторая импровизационная неопределенность, в ней господствуют не абсолютные нормы, а законы относительности.
Наиболее ярким воплощением этой неопределенности являются, несомненно, принцип асимметрии в композиции и ее особая ритмическая организация. Асимметричность по-разному проявляет себя в икэбане с центрическим построением и в икэбане со сдвинутым влево или вправо композиционным центром. Эстетический смысл имеет не только созданная композиция икэбаны, но и процесс обучения этому искусству, да и не только этому.
Школа икэбаны, процесс обучения этому искусству предстают в контексте японской культуры как особая, во многом изолированная от всего прочего «педагогическая провинция», где процесс обучения весьма длителен и где мудрые наставники главным образом кропотливо трудятся над выявлением и всесторонним культивированием природных дарований своих подопечных. Здесь господствует атмосфера своеобразного благочестия, почтительного вживания в космический ритм бытия, что облекается в форму особой обрядности: жесты и позы учителя, а затем и учеников исполнены глубокого смысла. Сама природа учит японца ценить мгновение, поэтому важна не техника построения икэбаны, а душевная тренировка.
В современном японском интерьере продолжает жить икэбана и традиционного толка, и новых школ, в которых, как в архитектуре и садовом искусстве, используются и новые конструктивные принципы, и новые материалы. Икэбана продолжает существовать и как профессиональное, и как самодеятельное искусство. Икэбана шествует по всему свету, особенно широкое распространение она получила в США, Франции и ФРГ, все большую популярность она завоевывает и у нас в стране.

Немає коментарів:

Дописати коментар