вівторок, 7 жовтня 2014 р.

Неповторимый мир Брюллова…

Неповторимый мир Брюллова…

Фамилия обязывала Павла Александровича Брюллова не только заниматься на физико-математическом факультете Санкт-Петербургского университета, но и учиться в Академии художеств, где он успешно совмещал занятия архитектурой с освоением рисунка и живописи.
Видимо, он был одним из немногих академистов, который получал учебные медали серебряного содержания за оба вида искусства. Так, в 1864 году П. Брюллов был награжден большой серебряной медалью за проект театра для губернского города, позже, в 1870 году, – большой поощрительной медалью за побывавшую на академической выставке картину «После работы».
Все же широта интересов П.А. Брюллова, видимо, оказалась чрезмерной. Он не стал известным архитектором, каким был его отец – профессор архитектуры Академии А.П. Брюллов (звание классного художника-архитектора третьей степени П. Брюллов получил лишь в 1874 году). Как и не добился большого признания и официальных почестей за свои пейзажные полотна, хотя за явно высокий уровень мастерства их приобретали и П.М. Третьяков, и члены императорской семьи. С 1872 года он становится постоянным участником экспозиций Товарищества передвижных художественных выставок.
Однако каждому свое: за свою высокую эрудицию, за безупречные человеческие качества А.П. Брюллов пользовался большим уважением в художественной среде страны. И потому в 1893 году он был удостоен звания действительного члена Академии художеств, в 1904 – члена Совета Академии, а с 1897 по 1912 год занимал должность хранителя музея Александра III (ныне Государственный Русский музей).

Старший брат Карла Брюллова, Александр известен главным образом как талантливый архитектор. По его проектам построены в Петербурге здания Михайловского театра (ныне Малый театр оперы и балета им. М.П. Мусоргского, 1831–33), лютеранской церкви Святых Петра и Павла на Невском проспекте (1833–38), Пулковской астрономической обсерватории (1834–39), Штаба гвардейского корпуса на Дворцовой площади (1837–43) и др. Он участвовал также в восстановлении залов Зимнего дворца после пожара 1837 г.
Однако современники ценили в Александре Брюллове не только архитектора, но и художника-графика. Он много рисовал, писал акварелью, увлекался литографией. А.П. Брюллов происходил из потомственной художественной семьи. Вместе с тем как художник он развивался довольно самостоятельно, что свидетельствует о сильной индивидуальности и несомненном таланте. Его первым учителем был отец, И.П. Брюллов, – мастер декоративной резьбы; с 1810 по 1820 г. он занимался в архитектурном классе АХ у А.А. Михайлова (второго). В 1816 и 1819 гг. юноша получил серебряные медали за рисунки с натуры и архитектурные чертежи. Окончив в 1821 г. АХ с аттестатом 1-й степени, Александр вместе с братом Карлом через год едет совершенствоваться за границу (Германия, Италия, Франция) на средства ОПХ. Но еще до отъезда он успел принять участие в работе над одним из лучших литографических изданий, предпринятых ОПХ, – «Собрании видов СанктПетербурга и его окрестностей» (1821–26), выполнив три прекрасных листа по собственным рисункам: «Адмиралтейство со стороны Глашки – о штаба», «Сенная площадь в Петербурге» и «Гулянье на Крестовском острове». Показателен интерес художника к новой, только еще осваиваемой в России печатной технике – литографии.
Отправляя его за границу, ОПХ наряду с изучением классической архитектуры и составлением архитектурного проекта поручило Брюллову основательно изучить технику литографии у известного парижского мастера Г. Энгельмана. А. Брюллов пробыл за границей с 1822 по 1830 г. В качестве архитектора он составил проект реставрации Помпейских терм (альбом рисунков «Помпейские термы» с им же написанным текстом был издан в 1824 г. в Париже). Однако 1820-е гг. в творчестве Брюллова знаменательны интенсивной работой в технике акварели. Он пишет романтические пейзажи («Скалы и луна ночью», 1824), создает серию, посвященную восхождению на Везувий, участником которого стал летом 1824 г., но больше всего занимается акварельными портретами.

Карл Петрович Брюллов – выдающийся русский исторический живописец, портретист, пейзажист, автор монументальных росписей; обладатель почетных наград: больших золотых медалей за картины «Явление Аврааму трех Ангелов у дуба Мамврийского» (1821 г.) и «Последний день Помпеи» (1834 г.), oрдена Анны III степени; Член Миланской и Пармской академий, Академии Святого Луки в Риме, профессор Петербургской и Флорентийской академий художеств, почетный вольный сообщник Парижской академии искусств.
В семье академика орнаментальной скульптуры П.И. Брюлло все семеро детей обладали художественными талантами. Пятеро сыновей: Федор, Александр, Карл, Павел и Иван стали художниками. Но слава, выпавшая на долю Карла, затмила успехи других братьев.
Между тем он рос слабым и тщедушным ребенком, семь лет практически не вставал с постели и был истощен золотухой настолько, что «стал предметом отвращения для своих родителей». Мальчик очень любил рисовать, казалось, карандаш стал продолжением его руки. В 10 лет Карла приняли в Петербургскую академию художеств, в стенах которой он провел 12 лет.
Карл закончил академию с «целой пригоршней» золотых и серебряных медалей, но, продемонстрировав свою независимость, отказался остаться в ее стенах на пенсионерский срок для совершенствования мастерства. В 1819 г. Карл поселяется в мастерской брата Александра, работающего на строительстве Исаакиевского собора помощником Монферрана. Его дни заполнены рисованием заказных портретов. Так совпало, что заказчикам П. Кикину и А. Дмитриеву-Мамонову понравились портреты, выполненные Брюлло, и что именно они, эти заказчики, потом вошли в совет Общества поощрения художников.
Создав по их просьбе картины «Эдип и Антигона»(Тюменский краеведческий музей) и «Раскаяние Полиника» (местонахождение неизвестно), Карл заслужил пенсионерскую поездку в Италию (подробнее) на четыре года, для себя и брата. Перед отъездом с Высочайшего повеления братья изменили фамилию предков, добавив букву «въ» – теперь они стали Брюлловы. С легкой душой уезжал Карл из дома летом 1822 г., но он тогда не мог знать, что вернется в Россию только через 13 лет и не увидит больше ни родителей, ни младших братьев.
Брюллов честно пытался «отработать» свое пенсионерство, начиная по заказам Общества поощрения художников картины на античные и библейские сюжеты. Но эти темы не были ему близки. На этих полотнах он «нарабатывал» колорит, создавал свои характерные приемы, изучал обнаженную модель и не завершил их. Для картины «Итальянский полдень» (1827 г.) Брюллов выбрал моделью невысокую, плотную, налитую соком, как виноградная гроздь, женщину, которая, покоряя обаянием и безудержной радостью бытия, символизирует расцвет человеческих сил. И такую же статную, уверенную и независимую женщину встретил Карл в 1827 г. на одном из приемов. Графиня Юлия Павловна Самойлова стала для него художественным идеалом, ближайшим другом и единственной любовью.
Вместе с Самойловой Карл отправляется осматривать развалины Помпеи и Геркуланума, даже не подозревая, что эта поездка приведет его к самой вершине творчества. Брюллов был потрясен увиденным – знание о трагедии не смогло затмить остроты восприятия. Художник почувствовал, что нигде больше не найти такой поразительной картины внезапно прервавшейся жизни. Жители древней Помпеи своей гибелью заслужили бессмертие.
Брюллов еще не раз возвращался в разрушенный город, перед его мысленным взором вставала картина, на которой слепая стихия не просто отнимала человеческие жизни, но и обнажала души.

Немає коментарів:

Дописати коментар